Category: армия

О защитниках Белого дома и Мариинского дворца: ОПГ на баррикадах.

В августе 1991 г. власть в Ленинграде, как и в Москве,  висела на волоске, в любой момент мог возникнуть военный путч, массовые беспорядки рабочих, вооруженные столкновения с толпой, идущей на штурм условных Зимнего дворца, то есть конкретного Ленгорисполкома, рапологавшегося в бывшем Мариинском дворце  на Исаакиевской площади.

Начальник Ленинградского военного округа генерал-полковник Виктор Самсонов объявил в городе чрезвычайное положение.
Появилась информация, что в Ленинград движется отдельная Псковская воздушно-десантная дивизия. Поступает и информация о колебаниях руководства армии, МВД и КГБ.
Утром 19 августа 1991 года мэр Ленинграда Анатолий Собчак был в Москве. Председателя Ленсовета Александра Беляева также не было в городе. Депутаты Ленсовета обсуждали в Мариинском дворце ситуацию, но ничего конкретного не предпринимали - "пережевывали" информацию, получаемую из Москвы.
Поднявшемуся на трибуну контр-адмиралу Виктору Храмцову, представлящего ГКЧП,  по свидетельству журналистки Маши Гессен, "известный своим темпераментом депутат Виталий Скойбеда дал в морду". Произошедшим в Москве событиям была дана формулировка Марины Салье - «военный переворот». Собчака не могли нигде найти, потом он сам позвонил в Ленсовет, распорядился поставить ОМОН охранять все входы и выходы в здание ленинградского телевидения.  Депутаты ждали, к Мариинскому дворцу стекался народ, а Собчак все не появлялся.
Именно во время событий августа 1991 года Путин заявляет о выходе из партии.
Путин лично подогнав машину к трапу самолета и обеспечив ему усиленную охрану в “Пулкове”, куда тот прилетел из Москвы.  Прилетев в Ленинград,  Собчак поехал не в Мариинский, а к генералу Самсонову в штаб Ленинградского военного округа уговаривать его не вводить войска в город, если не произойдут какие-либо чрезвычайные события, пообещав ему  обеспечить в городе спокойствие и безопасность». Собчак  избрал тактику сидения на двух стульях: он совершал все ожидаемые от демократа символические действия, но с большим опозданием и только после переговоров с путчистами.

От Самсонова Собчак наконец поехал в Мариинский, где его кабинет охранялся группой автоматчиков под личным руководством заместителя мэра Владимира Путина.
Тогда же Путин вместе со своим шефом организовал митинг, блокировал введение войск в Ленинград. Путин полностью отринул советскость. Он сделал выбор и поставил точку. Он видел: вот идет сильная стая. Он подстроился под ее главаря и пошел следом, все сметая на пути.
Демократический Ленсовет 19 августа первым в стране из региональных и верховных Советов признает ГКЧП незаконным, принимает меры по противодействию вводу войск в город, по разъяснению горожанам ситуации с ГКЧП. Питер первым в стране вечером 19 августа прорывает информационную блокаду на телевидении.

Кто были эти автоматчики, подчиняющиеся только Путину?

Очевидно, что они не принадлежали государственным силовым структурам, которые либо поддержали  решения ГКЧП, либо колебались в своих позициях.  Не колебались только силовые структуры, напрямую связанные к перестроечной экономической активностью, с демократическими движениями, то есть ОПГ.
В ноябре 1991 года на II съезде движения "Демократическая Россия" Виталий Скойбеда выступил против требования "разоружить незаконные вооружённые формирования" в Чечено-Ингушетии. Это требование было внесено в резолюцию съезда, но затем исключено оттуда по предложению Скойбеды, который напомнил, что "Белый дом в августе защищали тоже незаконные вооруженные формирования". Видимо, и в Москве происходило то же самое, что и в Ленинграде - на баррикадах и вне их с автоматами были бойцы ОПГ.

Вячеслав ЩЕРБАКОВ, вице-мэр в 1991 году вместе с вице-адмиралом Черновым и Щелкановым приняли решение: "если дело дойдет до штурма, надо немедленно вывести всех военных из здания, чтобы у нас был главный аргумент - здесь только мирные люди". Этими "мирными людьми" и стали ребята из ОПГ.

А депутат Ленсовета  Станислав Сухарский вспоминал:   "Перед Мариинским дворцом собралось очень много людей, причем в основном молодых. И, знаете, очень многие из них были вооружены. В тот первый день путча по просьбе Марины Салье я отправился на ночь с группой молодых людей в помещение одной военной радиостанции, через которую мы должны были получать информацию из Москвы. Когда я пришел к этим ребятам, то увидел в шкафу два противотанковых гранатомета. Ребята шутили: «Один танк-то мы уж точно уберем, если они сюда сунутся!». На руках у горожан было много оружия".

Об этом я хорошо знал из первоисточника - от авторитетных деятелей Великолукской ОПГ, известных в Питере как "Анжей" - Андрея Сергеева и "Лёха" - Алексея Косова. Кстати, именно от этой группы откололась и начала свой путь к "славе" Тамбовская группа под руководством Владимира Кумарина.



Посередине сидит босс Великолукских "Степаныч", по правую руку от него - "Анжей" (убиты оба).

Для полноты картины немного объясню свое положение в то время.
В то время я был генеральным директором компании, занимающейся торговлей цветными металлами - никелем и медью. Бизнес шел хорошо, а полученное мною образование позволяло вести его активно и на перспективу. На Мончегорском комбинате нас уже хорошо знали, и составы с металлом регулярно шли оттуда в Питер, чтобы затем устремиться через Эстонию в Роттердам, а далее по  всему свету. Мы сами дальним импортом не занимались - закупали товар и перепродавали его во всё ещё братскую для нас Эстонию. Потом мы зарегистрировали свой Эконом-банк (мы были шестыми в Ленинграде), который не работал ни одного дня по независящим от нас обстоятельствам, но, как говорится, из "песни слов не выкинешь".
Была ещё одна тема, которой я занимался тогда, и которая была в те годы уникальна - я помогал открывать банковские счета в Швейцарии. К тому времени я познакомился с известным швейцарским банкиром Брюсом Рапапортом (о нем я вспоминал уже ранее, когда писал о своем знакомстве с Путиным) и обладал такой нужной для многих возможностью.
Так вот, вот эта возможность сделала меня вполне особенным человеком в бизнес-сообществе. Кроме обычного уважения, которым я не был обделен, я был известен своей честностью, порядочностью и обязательностью. Всё дело было в том, что многие из новых миллионеров - нуворишей, не были достаточно грамотны, чтобы вести свои банковские счета, а своими банками они ещё не обзавелись. Поэтому они мне давали доверенности на право управления своими счетами - Power of Attorney. Проблем у меня ни с кем не было, что доказывается даже тем, что я сейчас пишу эти строки, а не догниваю на еврейском кладбище.
Не знаю, шуточно или нет, но меня тогда называли "ЧБК", то есть "Человек Без "Крыши"". И это понятно - я не мог быть с кем-то в "особенных" отношениях, был нейтральным и независимым.

Летом 1991 года я первый раз в жизни поехал за границу, и сразу - в США, где жили моя первая жена с нашим сыном.
Поехал на пару-тройку недель, но так мне там понравилось, что задержался на три месяца. Я бы еще подолше там побыл бы, но в СССР случились "августовские события", и я заторопился на родину.
В эти дни в Америке было много приехавших из СССР туристов и деловых людей - я летел в Нью-Йорк в битком набитом людьми  самолете. Обратно я летел в огромном практически пустом лайнере - женская команда по травяному хоккею и я один мужик, не считая летчиков. Все остальные потенциальные пассажиры так и остались в США, которые раздавали "гринкарты" всем желающим без разбору.
Мои друзья, бывшая жена, знакомые и не знакомые смотрели на меня как на полного мудака, который не пользуется подвернушейся удачей - советским переворотом, чтобы получить легальный статус на проживание в Штатах.

Итак, президент Горбачев вернулся в Москву, а я вернулся в Ленинград 22 августа. Путч был окончен, начались политические разборки. К меня появились новые клиенты, желающие открыть счет в Швейцарии, и среди них вице-президент России.

Между тем, как я выше начал рассказывать, "Анжей" с Лехой рассказали мне следующее:
- Когда началась только вся эта политическая и человеческая кутерьма в Москве, в Ленинграде все пошло другим путем. Вся питерская "братва" вынула свое оружие и в полном составе выдвинулась в Мариинский дворец защищать Собчака. Всем сразу указали их места, которые они должны занять, назвали лиц, которых нужно охранять, была налажена связь, старшие стали командирами. Один из этих ребят охранял вместе с другими кабинет Собчака, у всех были автоматы и другое оружие. Другие заняли места на воздвигнутых баррикадах. Несколько дней они не спали и не выходили из дворца. Никто не пил - упортребление алкоголя и курение "травы"  было запрещено, но другую наркоту, помогающую бодрствовать, кто хотел, тот принимал. Были готовы биться на смерть.
Но при этом проскакивали и мыслишки, характерные для любой революции - а не грабануть ли что-то. Разговоры об  этом были, но ими все и заканчивалось - Эрмитаж остался "непорочным".


При последних их словах, зная о том, что я многолетний коллекционер антиквариата, они иронически мне улыбнулись.


Слева "Анжей", справа "Леха" (убиты в Венгрии)

Потом мне об этих событиях в Ленинграде рассказывали и другие люди, и я подумал, что мне их рассказы напоминают историю осени 1917 года, когда тюрьмы освободились от своих узников и те хлынули в революционное движение, которое во многом имеет сходство с ординарным бандитизмом. Ленин, Сталин, Дзержинский, Свердлов и почти все остальные видные деятели революции - в основном, большевики и эсеры - прошли тюрьмы и были осуждены не по политическим, а по уголовным статьям.
Все они стали лидерами государства. Бандитского государства.





Польская интриппертация истории

Эпиграф:

"Сегодняшняя Польша, видимо… поражена страхом. И растерянностью… Крестьянское упрямство, страсть к охоте, нелюбовь к умным и безграничная любовь к костелу – все это превратилось теперь в политический флаг. Как только умерли Войтыла, Милош, Лем, все, словно в театре, перевернулось. Яйцеголовые люди с хитрыми улыбочками, старыми язвами вроде национализма и антисемитизма, провинциальным мессианством стали вершить судьбами поляков. Польша превратилась в мелкую карикатуру на романы Оруэлла".   Виктор Ерофеев

Цитата из интервью "Новой газете":

Катажина Пелчинска-Налэнч, посол Польши в России:
"Кстати, Польша — единственная в Европе страна, которая не просто боролась с фашизмом: в Польше не было ни одного формирования, которое перешло бы на сторону нацистов…
— Наподобие армии Власова или Казачьего стана?…
— Да, именно. Поляки не создали ни одной организации, которая встала бы в ряды вермахта."

Для руководства Третьего рейха поляки были давними и непримиримым врагами. В то же время нацисты выделяли различные этнические группы, имеющие определенные культурные и языковые особенности. В частности, локальные группы поляков (кашубы — в Поморье, мазуры — в Пруссии, гуралы — в польских Татрах, силезцы — в Западной Польше) германские власти считали отдельными славянскими народами, «дружественными Германии и немцам».

Профессор Рышард Качмарек, директор Института Истории Силезского Университета, автор книги "Поляки в вермахте", например, заявил по этому поводу польской "Gazeta Wyborcza": "Мы можем считать, что у 2-3 млн. человек в Польше есть родственник, который служил в вермахте. Сколько из них знают о том, что с ними стало? Наверно немногие. Ко мне постоянно приходят студенты и спрашивают, как установить, что произошло с дядей, с дедом. Их родные об этом молчали, они отделывались фразой, что дед погиб на войне. Но третьему послевоенному поколению этого уже недостаточно".

О том, сколько красноармейцев, солдат США и Великобритании, партизан Югославии, Греции и мирных жителей убили поляки Гитлера, профессор Качмарек данных пока не приводил. Наверное, еще не подсчитал…
Теперь давайте посмотрим через националистические "очки" г-на Схетыны на этнический состав коллаборационистов в охране Освенцима. Тут выяснится, что налицо масса свидетельств добровольного участия этнических поляков и украинцев (т. н. "травников") в расстрельных бригадах и охране концлагерей. Этнические немцы, даже из числа "посвященных" СС, к такой "работе" относились с презрением и использовали для этого польских военнослужащих.

23 ноября 1939 года общественно-политический деятель и публицист, активный сторонник польско-германского сотрудничества Владислав Студницский (Władysław Studnicki) направил немецким властям открытое письмо (Memoriał w sprawie odtworzenia Armii Polskiej i w sprawie nadchodzącej wojny niemiecko-sowieckiej) с предложением создать польскую армию, которая должна была совместно с вермахтом сражаться с СССР.

В мае-июне 1944 года по указанию рейхсфюрера СС Г. Гиммлера РСХА был создан специальный орган для подготовки и ведения разведывательной и диверсионно-террористической деятельности в интересах Третьего рейха в тылу советских войск – «Истребительное соединение СС «Восток»» («SS-Jagdverband "Ost"»). Для деятельности на территории Польши была сформирована оперативная группа "SS-Jagdeinsatz Polen", находившаяся в подчинении «Истребительного соединения СС "Восток"».

23 октября 1944 года было принято решение о создании польских частей в составе вермахта (Polnische Wehrmacht), в дальнейшем, в Радоме из добровольцев-поляков началось формирование «легиона Белого Орла» (Legion Orła Białego), вступившим в легион гарантировали денежное и иное довольствие по нормам снабжения солдат вермахта.

Позднее, осенью 1944 года на территории «генерал-губернаторства» были открыты вербовочные пункты для записи в «легион».
Известно также о сотрудничестве с Третьим Рейхом участников ряда польских подпольных организаций.

«Меч и плуг»

Представители организации "Меч и плуг" ("Miecz i Pług") в 1941 году установили контакты с радомским гестапо. В мае 1943 года руководитель организации Anatol Słowikowski ("Andrzej Nieznany") направил письмо к А. Гитлеру с предложением создать польские вооружённые подразделения, которые должны были совместно с немецкими войсками сражаться против большевизма и партизан. Организацию уничтожил агент НКВД Богуслав Грынкевич.

«Мушкетёры»

В декабре 1941 года руководство организации «Мушкетёры» выступало за сотрудничество с Третьим Рейхом и рассматривало СССР как «противника № 1». Руководство организации направило в Германию эмиссара с предложением к генералу В. Андерсу начать военные действия против СССР. После роспуска организации в августе 1942 года, большая часть активистов перешла в Армию крайову. Руководитель капитан С. Витковский был приговорен к смертной казни.

Армия крайова

Руководство АК не признавало легитимность действий иных польских военно-политических организаций и стремилось подчинить деятельность антифашистского движения Сопротивления. При этом, в отличие от Гвардии Людовой, руководство АК выступало за проведение политики ожидания взаимного истощения сил Германии и СССР и ограничения боевой и диверсионной деятельности против немецких сил в Польше (а снижение активности партизан соответствовало немецким интересам). Уже в 1943 году руководство АК активизировало контакты с руководством организации «Народове силы збройне», объединявшей польских националистов и представителей крaйнe правых сил. При этом, к концу 1943 года начинают ухудшаться отношения между АК и Гвардии Людовой. В октябре 1943 года бойцы АК начали убивать партизан Гвардии Людовой и представителей иных левых антифашистских сил: так, 7 октября 1943 года во Влощовском уезде Келецкого воеводства отряд АК «Орёл» убил шесть активистов ППР, семь бойцов Гвардии Людовой, одного активиста «Батальонов хлопских» и трёх солдат АК, «сотрудничавших с коммунистами»… В 1943 году имели место случаи боевых столкновений АК с советскими партизанами на территории Западной Белоруссии и Западной Украины. Польская «Армия Крайова» сотрудничала во Второй мировой войне с частями СС и вермахта. Документы из московского архива, историк Бернхард Чиари опубликовал в журнале «Остойропа». В декабре 1943 года командир Столбцовского соединения АК А. Пильх («Гура») заключил с немцами договор о сотрудничестве в борьбе с советскими партизанами взамен на обеспечение его оружием. 22 декабря 1943 года в Лиде договор с немцами заключил командир Наднеманского соединения АК Ю. Свида («Лях»), который на протяжении января-марта 1944 получил от немцев пять партий оружия. 7 февраля 1944 г. командующий Виленским округом АК полковник АК Александр Крыжановский («Вильк») заключил с немцами сделку о сотрудничестве в регионе Вильно: немцы снабжали поляков оружием, медикаментами, лечили раненых, а поляки выразили готовность оказать в долговременном плане помощь Гитлеру в войне против СССР, выделив для этой цели 18 пехотных батальонов. За это они потребовали прекращения немецкого террора и признания польских границ по состоянию на 1939 г. Для «испытания на прочность немецко-польского сотрудничества» АК передала в подчинение немецкому командованию «3-ю польскую партизанскую бригаду». Получив от немцев карты и разведданные, бригада, по приказу немецкого командования, атаковала белорусских партизан.

Народове силы збройне (NSZ)

Вооружённые формирования NSZ действовали против польских антифашистов. Так, уже в июле 1943 года некоторые части НВС вступили в столкновения с Гвардией Людовой. 27 октября 1943 года газета «Велька Польска» (печатный орган партии «Стронництво народове», вооружёнными формированиями которой являлись отряды NSZ) призвала своих сторонников «немедленно приступить к беспощадной борьбе, преследующей цель уничтожить коммунистические организации в Польше»[13] Особенно интенсивный характер имело противостояние в Келецком воеводстве, где в период с декабря 1943 по февраль 1944 года действовали отряды NSZ из группы «Сосна» (переименованные в «Лес 1» и «Лес 2»). В период с ноября 1943 по март 1944 года боевиками NSZ здесь были убиты 40 активистов ППР и бойцов Гвардии Людовой, несколько активистов «Батальонов хлопских» и ещё несколько человек были выданы ими гестапо. После разгрома немецких войск под Сталинградом руководство NSZ рассматривало СССР как «врага № 1». После поражения немецкой армии в сражении на Курской дуге летом 1943 года командование НВС пришло к выводу, что СССР является наибольшей угрозой для Польши, а поражение Германии — вопрос времени. Во второй половине 1943 года некоторые партизанские отряды НВС начали заключать с немецкими властями (полицией или военными) тактические соглашения местного значения (в частности, в районах Кельца и Люблина). По мере продвижения на запад линии Восточного фронта, контакты с немцами усиливались. так, прочные связи были установлены с гауптштурмфюрером СС Паулем Фуксом, шефом гестапо в районе Радом. Посредником между ним и руководством NSZ была организация «Тома», которую возглавлял Хуберт Юра («Том»), бывший командир отряда NSZ «Сосна» После вступления Красной Армии на территорию Польши летом 1944 года контакты с немцами ещё более активизировались. В августе 1944 года на базе 202-го и 204-го полков NSZ была сформирована «Свентокшисская бригада» (Brygada Świętokrzyska — «бригада Святого Креста»), которая вошла в состав войск СС. Её возглавлял полковник польской кавалерии Антоний Шацкий (Antoni Szacki).
В 1944 г. бригада (820 человек) в южной Польше вела боевые действия против германской армии и польской Армии Людовой. В январе 1945 г. под г. Краковом вступила в бой с Советской армией и вскоре вошла в союзные отношения с 59-м армейским корпусом вермахта. Вместе с германской армией бригада Святого Креста отступила на территорию протектората Богемия и Моравия, где её солдаты и офицеры получили статус добровольцев СС (SS-Polnisch-Freiwillingen). Они были частично обмундированы в эсэсовскую форму, но с польскими знаками отличия. Из бойцов бригады формировались группы и забрасывались в тыл Советской армии для проведения диверсионной деятельности. Состав бригады пополнялся за счет польских беженцев.
В апреле 1945 г. бригада (4000 человек) выступила на фронт. В оперативном отношении она была подчинена сдерживавшему наступление Советской армии танковому корпусу «Фельдхернхалле». В задачи бригады входила борьба в прифронтовой зоне с чешскими партизанами и советскими разведгруппами.
5 мая 1945 г. польские эсэсовцы (1417 человек) покинули свои позиции и отступили на запад, навстречу армии США. В ходе своего марша они освободили узников (около 700 заключенных, в том числе 167 поляков) концентрационного лагеря Голышув. В плен были взяты 200 охранников. Американское командование взяло бригаду под свою защиту, поручило ей охрану лагерей немецких военнопленных и затем позволило её солдатам и офицерам укрыться в американской оккупационной зоне. В послевоенной Польше солдаты и офицеры бригады Святого креста были заочно осуждены.




Collapse )

На стороне Третьего Рейха воевало около МИЛЛИОНА ПОЛЯКОВ.
На стороне СССР воевало 330 тысяч поляков.
На стороне союзников воевало 220 тысяч поляков.
То есть против Третьего Рейха воевало 550 тысяч поляков - это почти в ДВА РАЗА МЕНЬШЕ, чем в войсках ТРЕТЬЕГО РЕЙХА!


Об этом читайте здесь: http://samlib.ru/t/tonina_o_i/polaki-ver-33.shtml




Подвиг красноармейцев в Перемышле и судьба моей матери

А для меня самая главная героиня Перемышля - это моя мама, которая родилась в польском Перемышле, ставшем в 1939 году советским, и в день начала войны, будучи молодой девушкой, смогла убежать оттуда и затем попала в Киев, а далее в Ташкент, где работала в военном госпитале, в который свозили с фронтов раненных бойцов Красной армии, среди которых оказался мой будущий отец.

Как знать, не было бы этой отчаянной контратаки красноармейцв, затормозивших немецкое отступление - хватило бы у нее времени убежать от нацистов?
Ее родители, все родственники и соседи были полностью уничтожены немецкими нацистами.



Оригинал взят у mamlas в Перемышль, Власов и очередная ложь Солженицына
Ещё о фальсификациях от Солженицына, а также Измена 1941 года и Памяти погибших солдат

Кто отвоевал Перемышль?
Как Александр Солженицын определил Андрея Власова в герои / Настоящее прошлое. Истфакт

Ярким событием первой недели Великой Отечественной войны стало изгнание немецких захватчиков из Перемышля. Это первый город, ненадолго отбитый у гитлеровцев, что произошло уже 23 июня 1941 года – на второй день войны. ©



Перемышль, 22 июня 1941 г. Назавтра фашистам придётся отступить

Офицеров, руководивших обороной и взятием Перемышля, в июле 1941-го отметили орденами. Их имена известны.

Тем удивительнее прочесть в первом томе «Архипелага ГУЛАГ» следующее утверждение писателя Александра Солженицына:

Collapse )